- Ровно?
- Да, нет, вроде, не знаю, пап, может уровнем?
- Вверх смотри, а не на землю, ровняй по небу.
Я поднимаю голову и смотрю. Одним глазом на край доски, который нужно установить ровно, а вторым на небо.
- Теперь ровно - говорю я - забивай.
Откуда-то, с другой стороны листа фанеры, раздается размеренный стук. Я сильнее упираюсь в теплое, шероховатое дерево, чтоб нижний край не ушел с отмеченной линии.
Стук отдается в руках и я полностью перевожу взгляд на небо. Прозрачное оно, синее и абсолютно безмятежное. Ощущение правильности и спокойствия этого летнего дня завораживает.
Я знаю, что все будет так, как должно быть. Я уверен в этом, так как не принимаю решений. Вершина моей ответственности - предположение выдвинутое на рассмотрение.
И еще я знаю, что утром будет интересно, днем - тепло, вечером - уютно и вкусно. А потом: "Уже десять часов, марш в ванную".

А сегодня меня рвут на части Uncle Acid and The Deadbeats. Сухое, крошащееся вещество оседает вокруг, как крупные хлопья пепла. Вот так я себя и чувствую, как пепел.
И легкие из пепла кашляют пеплом от пепла. И осыпаются пеплом.
Небо все еще там, но я больше не могу на него смотреть.
Больше не будет безмятежности.
Сомнение и смятение - верные спутники уверенности.
В любом случае, что бы это ни было,
Его не возможно выровнять по небу.